Уэльбека можно полюбить уже за то, что он в повести «Лансароте» дал самое меткое определение современному туристу: чувствительное существо, стремящееся к счастью. Действительно, что еще, как не стремление к счастью, заставляет нас покупать туры, паковать чемоданы, терпеть тяготы и лишения акклиматизации? Просто желанием отдохнуть это все не объяснишь, хочется не отдыха, а вот именно счастья, за которое мы готовы и побороться и потерпеть, а уж повышенная наша чувствительность позволяет находить это счастье в таких неожиданных местах, где его казалось бы отродясь не водилось – в отелях без удобств, в джунглях, в изнурительных переходах.
Половина романа «Платформа» - это подробное описание турпоездок в Таиланд и на Кубу. Обычных турпоездок, в составе обычных тургрупп. Оказывается, французские туристы отличаются от украинских гораздо меньше, чем можно было предположить. Так же, как и у нас, большие группы распадаются на мини-компании по интересам, в каждой группе появляются свои «шибко образованные», свои «люди из народа», свои «вечно недовольные», свои «выразители общественного мнения» и «блюстители нравственности». Не правда ли, знакомо? Есть между нами и разница, но об этом чуть позже.
Все названия турфирм в романе реальные – и французская «Нувель фронтьер» и немецкая TUI существуют в действительности, отели и курорты названы совершенно конкретно. Сексуальные сцены, которым отведено не меньше места, чем туристическим реалиям, тоже описываются максимально добросовестно, вспоминается даже Эдичка Лимонов в свои лучшие времена. Таким образом создается ощущение полной достоверности, почти документальности происходящего. Так что же там происходит?
Немолодой и нестарый, небедный и небогатый, неправый и нелевый лирический герой по имени Мишель решает отправиться в турпоездку в Таиланд. Там он встречает свою любовь, девушку по имени Валери, которая делает успешную карьеру в туризме. После пяти половых актов (описанных, а не подразумевающихся) любовники решают, что что-то не так в мировой индустрии туризма: в клубах царит скука, аниматоры – дебилы, экскурсии – тоска. Еще после пятнадцати актов - что что-то не так в западном обществе: женщины становятся похожи на мужчин, мужчины - на женщин, поэтому секс перестает приносить радость, отсюда неудовлетворенность и комплексы. После пятидесяти пяти актов они придумывают, что нужно подправить в туризме, чтобы спасти западное общество от деградации, осчастливить человечество, и заодно заработать себе на тихую безбедную жизнь на далеком острове. Идея несложная: наладить глобальный сексуально-денежный обмен между Западом и Третьим миром. Мишель рассуждает так: «с одной стороны – сотни миллионов жителей развитых стран; у них есть все, чего пожелают, за исключением одного: сексуального удовлетворения; они его ищут, ищут, не находят и оттого несчастны донельзя. С другой стороны – миллиарды людей, у которых нет ничего; они голодают, умирают молодыми, живут в антисанитарных условиях, им нечего продать, кроме своего тела и своей неиспорченной сексуальности. Чего же тут непонятного, это ясно как день: идеальные условия для обмена».
Так родилась концепция «галантного туризма» с обширной сетью клубов в странах Третьего мира, в которых товарно-сексуальные отношения с персоналом и местными жителями не только легализованы, но и всячески поощряются. Каждая толстая немка может заполучить себе смуглого атлетичного паренька, каждый затюканный феминизмом американец – роскошную мулатку, такую что ему и не снилась. И все счастливы, и немка, и американец, и паренек и мулатка. Так и происходит в романе некоторое непродолжительное время, исчисляемое примерно двумя-тремя половыми актами Мишеля и Валери, а потом появляются исламские фундаменталисты, которые бомбами и автоматными очередями ставят в красивой истории жирную точку.
В Европе «Платформа» вызвала бурю эмоций, по всему спектру, от восхищения до негодования. Причем, почему-то главная тема романа – моральная деградация западного общества - гораздо меньше взволновала публику, чем проблема секс-туризма. Уэльбека моментально обвинили в пропаганде «сексуальной эксплуатации населения развивающихся стран», на волне общественного возмущения состоялся даже показательный процесс против какого-то несчастного немца, и впервые в судебной практике человеку дали срок за «секс-туризм». А между тем, что такого нового придумал Уэльбек? Абсолютно ничего. Товарно-сексуальные отношения между богатыми и бедными существуют столько времени, сколько существуют бедные и богатые, причем неважно, кто из них турист, а кто местный житель. Зазывный напев «цигель-цигель-ай-лю-лю» носится над просторами Кубы, Доминиканы, Таиланда, Восточной Европы уже не первое десятилетие. Герои «Платформы» пытаются превратить все это беспокойное хозяйство в глобальный высокобюджетный аттракцион, но сам же автор и не дает им этого сделать. Потому что Уэльбек – реалист, и он первый понимает, что там, где появляются большие деньги и отношения в духе Адама Смита, тут же возникает полный комплект всех остальных прелестей Свободного мира, аппетитные горничные и секс-энтузиастки из окрестных деревень очень быстро станут похожи на презираемых парижских профессионалок, атлетичные смуглые хлопчики превратятся в накокаиненных сутенеров, а джунгли в Булонский лес. Поэтому Уэльбеку и понадобились исламские фундаменталисты, которые под видом фатального зла помогли избежать сюжетного тупика.
В чем же все-таки разница между западными туристами и украинскими? В том, что они прошли по «дороге деградации» гораздо дальше нас. Мы, конечно, тоже подпорчены «макдоналдсами», «икеями» и «тотальным потреблением», но все-таки не в такой степени. Мы еще можем представить себе мир без Адама Смита, а они уже практически нет. Вот и получается, что для них секс-туризм – это только безнаказанное растление малолетних, унылые походы по проституткам и перевод пенсионных накоплений в виагру. И как-то совсем забылось, что свадебные путешествия – это тоже разновидность сексуально ориентированного туризма, и поиски женихов/невест в дальних краях, и студенческие каникулы, и куча других приятных вещей, на которые нет и не может быть прейскуранта. И вот как раз на этом поле украинские туристы и могут преподать миру урок: от чего и каким образом ему нужно спасаться. Ведь «секс» и «туризм» - это по сути своей близкие друг другу понятия, они обозначают стремление к новым открытиям, новым впечатлениям и в конечном итоге, как правильно заметил Уэльбек, к счастью.
Наш ответ Уэльбеку:
Прежде всего, никакой продажной любви. И в Москве, и в Нью-Йорке, и в Амстердаме, и в Гамбурге – все проститутки одинаковы. И даже говорят на одном языке. Если вы настроены на такие отношения – никуда ездить не надо, вы все получите дома. В мире достаточно мест, где возможен секс-туризм без коммерческой подоплеки.
Прага. Низкие цены на жизнь, богатое историческое наследие и выдающееся пиво превратили Прагу в молодежную столицу Европы, со всеми вытекающими отсюда приятными последствиями. Прага – место, где West meets East, «Запад встречает Восток». Запад – это веселые студенты из Штатов и Англии, а Востоком вполне можете оказаться и вы. При этом не надо ходить на эротические ревю, которых в Праге миллион, достаточно похода в правильную пивную. «У Флека» в этом смысле – очень правильная.
Берлин. Европейский Вавилон. Чрезвычайно продвинутый в сексуальном смысле город. Один Парад Любви чего стоит, вот уж где можно за неделю наспасать мир на много лет вперед. И в остальное время, помимо Парада, в Берлине с этим делом все в порядке. В городе проживает гигантская русскоязычная диаспора, сравнимая с населением Воронежа или Тулы, есть масса русских кафе, дискотек и ночных клубов, где гостям с исторической родины всегда рады.
Рига. Город – дебютант Высшей Лиги Сексуальных Столиц. Весьма перспективный новичок! По количеству сексуальных скандалов в правительстве Латвия давно уже впереди планеты всей. Ну и остальное население старается не отставать от своих вождей. В последнее время особенно отличается по части свободы нравов Юрмала. Может, у них там в атмосфере что-то намешано?
Крым. Помните, как у Довлатова одна дамочка жалуется: «Мужчин здесь мало, многие девушки уезжают, так и не отдохнув». Из Крыма, «не отдохнув», уехать практически невозможно. Можно сказать, что Крым – это родина украинского сексуального туризма. Вспомнить хотя бы «Даму с собачкой». Не мы эти традиции установили, не нам их и нарушать. |
